Подъезд мёртвых. Часть 9

Чердак показался единственным спасением, поэтому Егор нырнул в дверной проём. Его взгляд уловил странную картину. Вокруг тьма, а перед ним кусочек подъезда, как полоса, нарисованная на чёрном полотне. Нога перевёртыша застыла на последней ступеньке, а огромная тень подкинула мебель. Стулья и столы буквально зависли в воздухе. Черноволосая женщина застыла на четвереньках: она почти вылезла из-под стола. Её голова поднята вверх, а взгляд пожирал беглеца. Лицо ведьмы исказилось в недовольной гримасе. Не было ни шума, ни грохота – словно кто-то резко выключил звук.

Дверь сдвинулась с места, стирая тонкую полосу с подъездом. Она, как занавес, скрыла Егора от монстров, оставив его одного в кромешной темноте. Его тело застыло как камень. Мышцы не слушались, а напряжение усиливалось до тех пор, пока не пошла дрожь. Затряслись колени, а ноги едва удерживали равновесие. Рука невольно коснулась шершавой поверхности металлической двери. С той стороны не было шума, никто не ломился и не стучался. Лёгкий сквозняк показался ледяным из-за мокрой от пота одежды. Неожиданно запахло листвой. Возникло чувство, что вокруг лес, не стены тёмного чердака.

– Сплёл сам? – неожиданный голос Кристины вызвал поток мурашек по спине. Школьника охватил озноб. Ноги медленно переминались на месте, пока он не повернулся к источнику шума. Вокруг чернота, а посередине – что-то светлое. Глаза привыкли к темноте, и взгляд зацепился за это необычное пятно. В метрах пяти стоял неизвестный. «Опять монстр?» – от этой мысли Егор вжался спиною в дверь. Ярко-розовое размытое пятно не шевелилось. «А может?.. Неужели, это…» – воспоминания из прошлого: качели, русые волосы и фенечка, как поезд, пронеслись в голове. Дыхание участилось, на грудную клетку давила неведомая сила, парнишка начал задыхаться. Спина от сильного прижатия к металлической поверхности онемела.

Пелена спала, глаза окончательно адаптировались, а с этим ушло и всё напряжение. Загадочным силуэтом оказалась розовая тряпка, намотанная на толстую трубу. Однако память настойчиво подкидывала Егору образ Кристины в том самом платье.

Взгляд бегло пробежался по окружающему пространству. Типичный чердак: стены из красного кирпича, металлические трубы и деревянные настилы поверх керамзита. Вдруг внутрь стал пробиваться лунный свет. Он раскрыл все шрамы и изъяны этого места. Теперь в стенах виднелись огромные дыры и щели. «Как такое возможно? Снаружи дом цел», – глаза невольно поднялись вверх, чтобы осмотреть потолок. Голова от увиденного закружилась, и тело встретилось с полом.

– Что?! А где крыша?! – над головой сияла полная луна. По небу плыли тёмные облака, перекрывая звёзды. Сам чердак стал напоминать полуразрушенное строение. Внутри оно похоже на заброшенный загон для скота – прямоугольное кирпичное сооружение.

Шаг вперёд, скрипнула доска настила. Затем ещё один. Впереди дверной проём, сквозняк усилился. Егор направился туда. Оказавшись снаружи, он огляделся. Лес наполовину поглотил здание. От входа шла тропинка на поляну. Посреди неё стоял старый бревенчатый дом. В одном единственном окне горел свет. Метров за двадцать до крыльца – развилка вправо. У опушки красовались кресты и надгробия. «Дом непойми где. Кладбище! Блин, комбо какое-то?» – напросился вывод.

– И какого хрена мне делать? Стоять тут? А вдруг монстры вернутся и меня здесь… – как по команде, послышался короткий скрип металлической двери. Ноги сами понесли Егора к дому. У развилки нога зацепилась за камень, и лицо встретило землю.

– Вставай… они рядом… – послышался голос Кристины. Егор поднялся и обернулся. От заброшенного здания по тропинке шли четыре черноволосые женщины. Их призрачные огоньки плавно двигались в сторону дома. Холодное ледяное свечение заставляло сердце биться сильнее. Парнишка развернулся и побежал к домику. Первая мысль – добежать и спрятаться за угол, затем выглянуть и оценить обстановку.

Егор осторожно выглянул из-за угла. Женщины шли, как ни в чём не бывало. На развилке они свернули в сторону кладбища.
– Отлично. – прошептал школьник. Рука дёрнула за ручку, и дверь ответила коротким тихим скрипом. Незваного гостя встретило уютное, светлое помещение. Красно-коричневые полы навеяли воспоминания о детском лагере. Украшал комнату резной дубовый стол на шесть мест. За ним на полке стояли механические часы с круглым зелёным корпусом. Стрелки показывали примерно пять часов и тридцать минут.

С улицы донеслись грузные шаги, а за ними – протяжный скрип: кто-то медленно, не спеша, потянул за ручку, словно боясь, что дверь слетит с петель. Егор аж подпрыгнул. Глаза забегали по помещению в надежде найти укрытие. Взгляд остановился на двери слева. Школьник метнулся к ней. Его рука резко потянула за рукоять, а тело влетело в проём. Ладонь коснулась каменной поверхности, погасив инерцию. Он резко потянул дверь на себя и перед самым закрытием аккуратно притормозил.

Лестница внутри вела в погреб. Сквозь небольшие щели в двери пробивался свет. Егор наклонился и посмотрел сквозь одну из них. Страх тут же уколол сердце, ведь в комнате за столом сидели четыре женщины и мужчина в комбинезоне с мешком на голове. «Я в их логове?» – подумал подросток. Сквозняк резал глаза, по щекам побежали слёзы. Веки невольно подёргивались, словно отбивали морзянку. Школьник зажмурился изо всех сил и снова посмотрел в щель. Грудь сдавил спазм, а тело отшатнулось от страха назад. С той стороны стояла черноволосая женщина и смотрела в глаза незваному гостю своими ледяными шарами.

Егор попятился назад. Ноги запнулись о ступеньки, стремительное падение, и спина встретилась с деревянными перекладинами. Школьник кубарем скатился вниз. Адская боль запульсировала в пояснице, голова закружилась. Заскрипела дверь, и свет ворвался на лестничную площадку. На пороге показался силуэт женщины. «Чёрт!» – пронеслась мысль, школьник начал прощаться с жизнью. Ведьма шагнула на ступеньку ниже, но не успела её когтистая птичья лапа коснуться деревянной поверхности, как послышался звонок будильника. Голова женщины с хрустом повернулась, а за ней последовало и всё тело. Через секунду её очертания скрылись из виду. Дверь закрылась, и погреб погрузился в полумрак.

Темнота давила на глаза. Парнишка стоял и не шевелился, боясь, что на малейший шорох прибегут монстры. Постепенно в погребе появились очертания предметов и мебели. А в маленькое окошко стал пробиваться лунный свет. «Попробую выбраться», – подумал Егор. Но, подойдя к окну, оглянулся. Взгляд остановился на стеллаже. На полке стояло что-то белое. Приглядевшись, он понял, что это свеча.

Сам не зная почему, Егор пошёл к стеллажу. Протянув руку к свече, он невольно задел коробок. Тот издал знакомый звук спичек. «Да ладно! Вот удача!» – его охватила радость. Уже через пару секунд Егор разглядывал странный подвал. Он был сложен из красных кирпичей, как и чердак апельсинового дома. Деревянная лестница, слева стеллаж, а под ступеньками – какой-то проём, напоминающий туннель. У стены напротив выхода стоял старый письменный стол. На нём лежал загадочный предмет.

– Старый блокнот? Из каких он годов? Восьмидесятых? – находка никак не утешала в сложившейся ситуации. Подросток поставил свечу и запрыгнул на стол, свесив ноги. Он начал листать пожелтевшие страницы. Детские рисунки. Затем внимательно осмотрел обложку: «Блокнот Васи…». Фамилия была нечитаемой. «Ха, Васи? Дяди Васи что ли?» – усмехнулся школьник. Он отбросил блокнот в сторону. Тот открылся на странице с записями.

– Хм… Это похоже дневник того самого Васи? – заинтересовался Егор.

«Дорогой блокнот, я застрял тут! Мы с братом решили пойти в апельсиновый дом. Ходили слухи, что лестничная площадка закольцована. Кто поверит в этот бред? Мы добрались до чердака, как вдруг в подъезде резко погас свет. Малой испугался и побежал вниз. Я… – в это месте капля слезы размазала чернила, – в общем, думал он шутит, что не может спуститься. Меня это в какой-то момент разозлило. Ждал, когда ему надоест. Сколько он просил о помощи? Минут десять… Двадцать точно. Хотел спуститься и надавать ему, но потом… Дверь чердака... Она открылась. Я успел спрятаться за каким-то хламом. На площадку вышла женщина. Черноволосая такая… Потом здоровый мужик с мешком на голове! Я боялся пошевелиться. Не знаю, сколько так просидел, но когда заорал брат… Я… мля, сука, испугался. Та женщина, она заметила меня. Рванул что есть силы на чердак»

Следующая страница: «Как такое возможно? Я оказался на поляне, а посреди дом. Крик брата. Слышу его крик. Он говорит, чтобы я прятался в погребе дома. Так и оказался тут».

«Хочешь выбраться отсюда?» – было написано другим почерком и бордовыми чернилами. «Что происходит? Ведьма стояла наверху лестницы, но не решалась спуститься. Открыл блокнот, чтобы сделать запись, и вижу… Нет-нет, я сплю или, наверное, умер! Надеюсь, что умер я, а не брат!» – сердце Егора сжимала невидимая рука. «Эх, Вася… Так ты хочешь домой или нет?» – снова слова, написанные кем-то другим. Руки, державшие блокнот, дрожали. Шелест страниц звучал громче, словно из рупора. «Я слышу голоса людей с улицы, смех детей и скрип нашей качели. Под полом есть какой-то туннель, попробую проползти там. Если кто-то найдёт этот блокнот… Надеюсь, что я нашёл выход, как и ты!» – и когда подросток перевернул лист, то от увиденного в ужасе выронил блокнот из рук.

«Ты готов умереть, Егор?» – успел запечатлеть взгляд фразу кровавым цветом. Голова невольно поднялась, а тело от страха подпрыгнуло. Напротив незваного гостя стояла черноволосая женщина. В её безумных стеклянных глазах отражался язычок пламени свечи. Огонь подсвечивал её серую гнилую кожу. Рука машинально схватилась за свечу и метнула её в монстра. Ветхое платье мгновенно разгорелось, и ведьму объяло пламенем. В помещении раздался вопль, от которого заложило уши. Егор упёрся ладонями в стол и лягнул ногами этот горящий факел в живот. Школьник вскочил со стола и побежал под лестницу.

– Сейчас ты сдохнешь, малец! – в голосе ведьмы были нотки ненависти. Запрыгивая в трубу, Егор оглянулся. Он увидел, как горящая фигура мчится за ним.

– Чёрт! Чёрт! Чёрт! Опять ползти! Да сколько можно? – каменный шершавый пол с болью врезался в колени и локти. В узкой горизонтальной трубе запахло гарью. Из глаз градом лились слёзы, дым врезался в нос. Стало трудно дышать.

Позади слышался отвратительный смех, а впереди показался свет – возможное спасение. «А вдруг там тупик?» – на секунду пришла мысль и тут же ушла. Егор ускорился. Каждой частичкой своего тела он ощущал, что мертвячка не отстаёт. От чёрного дыма начались рвотные позывы. Но всё равно руки и ноги работали, отталкиваясь от сырой холодной поверхности. Мысль в голове одна: если замедлиться хотя бы на секунду, то всё, придёт конец. За маленьким квадратным выходом показались огромные трубы, обшитые металлическими листами. «Это подвал? Подвал апельсинового дома?» – этот факт сильно обрадовал школьника.

– Куда же ты? Ты должен сдохнуть! – закричала ведьма, когда Егор наполовину вылез. Острая боль в ноге заставила его сжать челюсть и замычать. Продолжая ползти, он перевернулся на спину и стал отбиваться ногами.

– Отвали! Отвали, тварь! – слёзы текли из глаз, и одновременно наступил сильный кашель. Внезапная боль поднялась до колена, – Не надо! Кх… кх.. оставь меня… Кх… – зарыдал он. Тело расслабилось, как тряпка. В голове вспыхнула картинка: женщина карабкается на свою жертву и вгрызается в горло. Но всё вокруг стихло, першение в горле прошло. Егор приподнялся на локти, чтобы посмотреть. Никого! Ведьмы нет, нога абсолютно целая, а туннель замурован.

В подвал апельсинового дома через маленькие цокольные окошки пробивался солнечный свет. На потолке мерцала тусклая лампочка. Егор широко улыбнулся. На него накатил дикий смех, от радости буквально сводило мышцы в грудной клетке. Одновременно с этим вернулся и жуткий кашель, на который было плевать. «Я жив! Жив!» – зазвучали слова в голове. От них по всему телу расползлись приятные мурашки.

– Я жив… Жив… Ха-кха-кх-ха-ха…